Авторизация
 
 
Регистрация на сайте
Восстановление пароля


Новостные каналы


Skip Navigation LinksTopTJ.com  →  Новости Таджикистана  → 

Лента новостей, Комментарии

12.01.201212:36
Источник изображения: news.tj

Ашт. Край таджикского света и надежды

Когда мне сказали, что командировка в Ашт будет холодной, я даже не представлял, что настолько. Гостиница была едва ли не единственным местом, где были свет и кое-какое тепло благодаря хилому электрообогревателю. Но даже там дыхание превращалось в пар, и сон в одежде пришел лишь к утру. Однако в это же время десятки тысяч жителей Ашта: младенцы, их матери и больные старики - были лишены света и тепла…

СЕДОЙ от мороза воздух с забытым запахом угольного дымка и хрустящая корка льда под ногами на единственной малолюдной улице райцентра. Таким предстал Ашт, до которого на северо-восток по однообразной унылой равнине тянется усыпляющая долгая полуразбитая дорога из областного Худжанда. В привокзальной чайхане-стекляшке, с запотевшими окнами во весь фасад и закапанными столами и стульями со скрежещущими по бетонному полу железными ножками, можно согреться горячим чаем, блинчиками с каймаком, шурпо или люля-кабобом. Все это довольно вкусно, несмотря на затрапезный вид заведения. Но немало завсегдатаев, которые деловито берут, «как обычно», граммов по 50 «белого чая», как говорится, «для сугреву».

Здесь, в кафе, мы договорились встретиться с местным журналистом-диссидентом Мухаммадюсуфом Исмоиловым. В разговоре выяснилось, что остановиться в райцентре можно в единственной гостинице, расположенной неподалеку. Несменяемая, как выяснилось позже, ресепшионистка, горничная и смотрительница в одном лице предложила на выбор: номер на втором этаже, но без воды и с туалетом на улице или номер на первом, с туалетом и водой. Выбор был очевиден. В номере действительно был туалет и горячая вода, а также небольшой советский электрообогреватель с двумя бледными спиралями. Между дверной рамой и дверью на балкон посвистывал ветер, а окно было подклеено клеенкой. Бросив вещи, мы отправились осматривать райцентр, вернее, достопримечательности главной улицы.

Ашт безлюдный и угрюмый

МУХММАДЮСУФ торопился вылить на приехавших коллег максимум информации, поскольку на следующее утро выезжал в Душанбе для участия в конференции.

О деле М. Исмоилова мы писали в последнем номере ушедшего года: «Ашт. Край таджикского света…» (№98 от 28.12.11.). Теперь я расскажу о том, что увидел собственными глазами.

Во-первых, меня поразила малолюдность райцентра. Редкие неспешные, угрюмые прохожие, в основном по одному, ватаги школьников, изредка проезжающий автомобиль или грузовик с гузапаей - вот и все видимое движение. Прямо напротив парка расположилось здание бывшего райкома партии, а ныне – администрации района. В приемной главы района (теперь уже бывшего, снят с должности указом президента в начале января 2011 – «АП») Абдуджалила Сатторова нас попросили представиться, приветливый молодой чиновник зашел с докладом к «раису». Выйдя спустя пару минут, он сообщил, что тот готовится к совещанию и рекомендовал пройти к главе аппарата администрации.

Прежде чем поделиться с нами перечнем достижений района, глава аппарата Джамшед Махмудов попросил подождать в приемной, поскольку получил «срочное поручение от раиса». Мы уже собирались уходить, устав ждать около получаса, когда он вернулся с кипой папок.

«Юбилейные объекты»

НЕ буду утомлять читателя долгим перечнем успехов и достижений, о которых сообщил глава аппарата администрации района. Но выяснилось, что к сентябрю 2011 года по всему району было сдано 20 юбилейных объектов. Первым был назван филиал банка «Эсхата». Каким образом частный бизнес-проект попал в разряд юбилейных, Д. Махмудов объяснить затруднился. Конечно, это важно и удобно для тысяч трудовых мигрантов в России из Ашта, иметь возможность отправлять деньги родным, живущим в райцентре или поблизости. Но жители района позже пояснили, что филиал банка был открыт на месте уже существующего строения, которое было отремонтировано и перепрофилировано к юбилею.

Кроме того, выяснилось, что среди итогов 20 лет независимости числится сокращение количества детских садов вдвое. Было шесть, осталось три. При этом глава аппарата администрации района подтвердил догадку о росте численности населения за 20 лет. Впрочем, стоит отметить, что число средних учебных заведений выросло на два. К трем школам добавились лицей и гимназия.

Кроме того, по словам Джамшеда Махмудова, к юбилею построены новое 2-хэтажное здание школы на 240 учеников в кишлаке Сарова, филиал школы в Пунгузе и Центр здоровья в джамоате Киркудук.

А вот вопросы, касающиеся среднего дохода населения, прожиточного минимума, уровня безработицы и бюджета Аштского района, остались открытыми. К ним наш собеседник оказался не готов…

Учение - то свет, то холод

МЫ решили посетить гимназию им. М. Вахидова. По пути нам повстречался известный в районе социал-демократ, зампред ОСДПТ по Согду, ветеран МВД Мараим Абдуманофов. Мы остановились возле одноэтажного здания, напоминающего сарай, за витринами которого виднелись стопки книг. Это оказался единственный в райцентре книжный магазин. Однако на дверях висел амбарный замок, а подойдя вплотную к стеклу, за ним я увидел один полупустой стеллаж с книгами, левее - подобие швейного ателье с тряпьем на полу, еще левее - прилавок с картошкой, а у левой стены - витрину с крупой и консервами. Известный книголюб, обладатель богатой библиотеки Абдуманофов развел руками: «Больше людям книги в райцентре купить негде. Хожу сюда уже не первый день, и все закрыто. Очевидно, магазин кто-то купил и будет перепрофилировать», - предположил он.

Гимназия, к счастью, была открыта, навстречу незнакомцу с фотоаппаратом вышли преподаватели во главе с директором. Это обшарпанное одноэтажное здание с печными трубами из окон, как выяснилось, и есть гимназия имени известного уроженца Ашта, артиста Махмудджона Вахидова. Мои собеседники затруднились ответить, учился ли сам актер в этой школе, построенной почти сто лет назад. «Я здесь и не здесь, я везде и нигде», - вспомнился его знаменитый диалог из трилогии «Сказание о Рустаме».

Несколько лет назад после очередного урока рухнул потолок в спортивном зале школы. Спортзал отстроили заново благодаря родителям учеников, а школа стала гимназией со старой, перелатанной, дырявой шиферной крышей, протекающим потолком и столетними перекрытиями.

- Посмотрите, пол какой у нас в коридоре! – Гордо сказала директор Келсуной Мирзоева. – Какие мощные, толстые доски! Им столько лет, а сносу нет.

Я зашел в чистый, просторный класс с высоким потолком. Была перемена, и дети жались к печке-буржуйке, стоящей в углу за учительским столом. Дети быстро рассредоточились по партам.

- У нас тепло, просто они не успели раздеться. А так, на уроках, они не сидят в пальто, - предвосхищая мой вопрос, отметила директор.

Проведя меня в свой кабинет, директор гимназии сказала, что учителя благодарны районным властям за заботу, что все необходимое в школе есть, вовремя платят зарплату, есть и уголь на зиму для обогрева классов. И даже компьютерный класс имеется. Правда, посмотреть его не удалось. Оказалось, что преподавательница информатики заболела, и класс закрыт.

Впрочем, класс этот, судя по всему, вообще редко посещаем, поскольку свет, как выяснилось в администрации района, дается в райцентре утром в течение 2-х часов и вечером в течение 3-х.

По эту же сторону улицы в райцентре есть еще одна достопримечательность – детская библиотека. Это ободранная глинобитно-щитовая кибитка постройки первой половины 20-го века с обязательной жестяной печной трубой, напоминающей козью ножку. Впечатление одиночества этой хибарки усиливает отсутствие дымка из трубы. Внутри нас встретила пожилая сотрудница, которая поведала, что в фондах библиотеки около 12 тысяч книг на таджикском и русском языках. Внутри сама библиотека представляет собой коридор с подслеповатыми окошками и печкой-буржуйкой у входа, а также «книгохранилищем». Картотека и пара стеллажей - в коридоре, основное же богатство - за дверью в неотапливаемой комнате. Сотрудница сказала, что в день приходит 10-12 детей. На нашу общую радость заглянула, смутившись поначалу, девочка лет 10 с живыми умными глазами и, вернув книжку, стала выбирать новую.

Тем временем сотрудница в пальто, укутанная в платок, нас также заверила, что дети в библиотеке не мерзнут и угля на зиму должно хватить. Выходя, у двери мы увидели почти пустой мешок из-под угля, и женщина призналась, что это последний уголь…

Старые книги отправили в Душанбе, новых нет

В ЦЕНТРАЛЬНОЙ районной библиотеке дела обстояли не лучше. Я нашел живых людей в конце коридора в темной комнате с клеенкой на окне. В комнате стоял дым и запах угара, а женщины-библиотекари грелись вокруг чадящей печи.

- Мы топим дровами, которые приносим из дому, щепками, хворостом, который находят дети, - сообщили мне служительницы библиотеки. – Видите, печка дырявая, прогоревшая, углем ее топить нельзя, угорим совсем. Да и угля нам на 2012 год на библиотеку не выделили. Как зимовать будем, не знаем.

На зарплату женщины жаловаться не стали. Старшие сотрудницы получают до 200 сомони.

- Прожить на эти деньги и накормить, одеть детей, конечно, невозможно. Хорошо тем, у кого мужья работают. Если в России работают, помогают. Слава Богу, живем, худоро шукр, все хорошо, не жалуемся, - смиренно сказала старшая из сотрудниц. – У нас и книг много. Старые отправили в Душанбе, в новую национальную библиотеку, а то вдруг новые когда-нибудь будут, - смеясь, сказала женщина.

Напротив библиотеки на улице стоял автоприцеп с дровами, как выяснилось, стоимостью в 500 сомони.

- Нет, такое богатство нам не по карману. Но кто-то, может быть, купит, - отметили сотрудницы.

Здесь же неподалеку возле ЗИЛа с углем скучали продавцы твердого топлива. Уголь был расфасован в мешки. Мне сказали, что редкая семья в районе может себе позволить купить сразу на зиму тонну угля. В основном берут по нескольку мешков, в каждом из которых по 40-45 кг угля стоимостью по 1 сомони за кг. Заработал 100 сомони - купил пару мешков, не заработал - дети будут спать в холоде и без горячего питья и еды.

При этом работать в райцентре практически негде. Местный рынок – это убогое подобие районных рынков и очень далек от уровня рынков того же Истрафшана или курган-тюбинской зоны. Да и цены там сравнимы с худжандскими, а то и выше.

На вопрос, где же работают и зарабатывают аштцы, мне показали на красноречивые плакаты с расписанием отправления автобусов в города России.

Операция при свечах

ПОСЛЕДНИМ пунктом нашей прогулки по райцентру стала районная больница. Ее основное здание построено в 39-м году прошлого столетия. Многие «корпуса» находятся в аварийном состоянии, в потолках и на стенах трещины, крыша и потолки текут и гниют. Часть палат эвакуирована из-за аварийности строений. Воды и канализации в зданиях нет. В детском отделении окна заклеены пленкой. Больные обогреваются электрообогревателями и на них сушат белье. В кардиологическом отделении не предусмотрен даже туалет, и больные вынуждены с болями в сердце по пересеченной местности преодолевать 150 метров до туалета на улице, ночью - в полной темноте. Замглавврача Абдурауф Имомов говорит, что латают здания, как могут, делают косметический ремонт:

- Но эффект такой же, как если 100-летнюю старуху подкрашивать. Она от этого не становится менее безобразной. Благо, когда есть свет, пациенты успевают согреться. Но бывает, отключают свет во время операции, продолжаем при свечах и включаем генератор. Топливо для генератора покупают больные.

Парадокс, но за аварийное состояние здания больницы приходится раскошеливаться врачам. А. Имомов рассказал, что пожарники и другие проверяющие органы, ничтоже сумняшеся, штрафуют врачей по поводу и без.

- Недавно меня оштрафовала прокуратура за русские, вернее, латинские названия отделений и за наглядные пособия. Теперь мы перевели на таджикский и гинекологию, и урологию, и реанимацию. Боюсь, что если мы перевели не так, нас опять, согласно закону о языке, оштрафуют. Хотя наше ли это дело - переводить? Пусть в Душанбе переведут и нам скажут, как переименовать термины, если в этом есть такая необходимость, если пациенты станут здоровее, а больница новее, - сказал доктор.

Тем временем новая больница в отличие от банка «Эсхата» и здания прокуратуры не попала в разряд первоочередных объектов. На другом краю улицы красуется советский долгострой, который обещал сдать еще 2-й секретарь ЦК КПТССР Петр Лучинский. Врачам обещали достроить новую больницу в 2012 году. Ожидается приезд самого президента. А пока в старой больнице нет элементарного оборудования, нет рентгена, стационарных аппаратов УЗИ, не говоря уже о томографии. Впрочем, как они могли бы работать, если даже операции здесь делают при свечах?

Как раз во время нашей беседы свет неожиданно погас, а я подумал, что не позавидовал бы тем, чьи родственники в это время рожают, лежат на операционном столе или в реанимации, где, впрочем, нет аппарата искусственного дыхания и жизнеобеспечения…

При этом на машину скорой помощи в день выделяется по 5-6 литров бензина. Этого хватает только на один вызов внутри поселка Шайдон. На экстренный вызов за пределы райцентра, а тем более в какой-нибудь дальний кишлак никто не поедет.

Мне очень не хотелось бы такое видеть, но я знаю, что так и есть: отчаявшаяся мать сидит у кровати больного замерзающего ребенка и не может ничего сделать, кроме как воззвать к небу. Сын и дочь не спят у кровати немощной матери и не ждут уже помощи ниоткуда.

Мне почему-то подумалось, что люди, работающие в теплых кабинетах, в администрации района, в отапливаемой прокуратуре и других учреждениях, не отдают своих детей мерзнуть в аштские школы, а своих близких - лечиться в аштской больнице. У них, вероятно, есть выбор и возможность – оставить детей в Худжанде, лечиться в областном центре, столице или за границей. Иначе, как мне кажется, автономным отоплением, прежде всего, были бы обеспечены школы, а не прокуратура, а больница была бы обеспечена теплом, светом и необходимым оборудованием.

У простых же людей тоже остается выбор. Мы все чаще слышим о самоубийствах отцов и матерей семейств, перешагнувших порог отчаяния. А пустынные улицы Ашта – свидетельство молчаливой демонстрации недоверия, свидетельство голосования полноценного цвета нации ногами в сторону России. Это молчаливая оценка деятельности слуг народа. Это выбор между безысходностью и безнадегой, которая сквозит в глазах простых аштцев, - с одной стороны и лишениями и унижениями на чужбине, - с другой. Это выбор между крепостным правом и мнимой свободой в условиях рабского труда. У людей нельзя отнимать последнее, что у них остается, - надежду. Отнять надежду – едва ли не величайшее преступление. Жаль, что на свою власть, на своих чиновников, так называемых слуг народа, на возможность свободно зарабатывать и жить в своей стране наши граждане сегодня не надеются.

Источник: ИА "Азия Плюс"
Автор: Душанбе – Ашт – Душанбе,Темур ВАРКИ
0.0
- всего оценок (0)
- ваша оценка


Новый комментарий
Автор Сообщение
Ашт
13.01.2012 08:07ответ на сообщение →Токатбек (12.01.2012 13:19)
Гость
IP:217.8.34.6
Да все эти чиновники которые приезжают в Ашт только думают о своих карманов. 
абдучамил
12.01.2012 13:58ответ на сообщение →Токатбек (12.01.2012 13:19)
Гость
IP:95.142.86.241
меня назначили недавно, почему -то быстро сняли.
Токатбек
12.01.2012 13:19
Гость
IP:217.11.179.41
Зачем тогда все эти Чайханы строят за счет Обл.Бюджета

Обсуждение в Facebook:




Главные новости

05.1212:03Кредитным организациям могут запретить применять агрессивные методы взыскания долга
05.1211:31Китайская энергетическая строительная корпорация заинтересована в сотрудничестве с Таджикистаном
05.1210:41В Москве покажут фильм про мигранта с Памира «Песни Абдула»
05.1210:21Google показал, как изменилась наша планета за 32 года
05.1210:08С надеждой и опорой – на великий и могучий русский язык


Самое обсуждаемое

03.1209:12Эмомали Рахмону построят новые резиденции(1)



(C) 2001-2016 TopTJ.com

TopTJ.com - Новости Таджикистана
00:00:00.0312497